Мимолетности
May. 23rd, 2011 09:48 pmКритикуя, думай в первую очередь о себе.
Попытки разглядеть будущее приводят только к самоослеплению в настоящем.
Если сказка рано или поздно не заканчивается пробуждением, она превращается в миф, отравляющий жизнь.
На каждые три случая, когда стыдишься принадлежностью к человечеству, приходится один, когда гордишься.
В хорошую музыку душа может глядеться как в зеркало.
Чем четче понимание, что неправильно живешь, тем сильнее страх смерти.
Величие смерти в том, что мы еще живы.
Не унижай и не унижайся: не хлопай и не говори комплиментов из жалости.
Настоящие, серьезные мысли о смерти успокаивают.
Если бы не наши страхи, ничего негативного в зависти бы не было. Для того, кому завидуют.
Говоря плохо о человечестве, в первую очередь критикуешь себя.
"Иметь право" может только тот, кто понимает. В противном случае мы получаем ограничение прав третьей стороны, и ничего сверх.
На каждые сто сказанных слов ты теряешь одну мысль, которую мог бы придумать. Будь экономен.
Мышление и разговор разнесены во времени и пространстве. И чем разговор громче, тем дальше.
Красотой нельзя поделиться. Хорошие и способные люди публично комплексы не демонстрируют.
В каждой ситуации нужно искать, за что же можно искренне быть благодарным.
Поучения ты даешь в первую очередь себе.
Человек не безнадежен интеллектуально до тех пор пока может усмехаться над собой.
Нередко мы оправдываемся, т.к. заранее догадывались/предчувствовали неудачный исход, но предпочли свои антиципации проигнорировать.
В нашей радости успехам ближних есть сильный эгоистичный компонент - мы через них как бы возвеличиваемся.
Развивая Сашу Черного: любовь должна быть.
Прошлое должно пройти по тонкой грани - гордиться нельзя, но и стыдиться нечего.
В жизни всегда должно быть место цветам, сумеркам и тишине.
К собственной жизни нужно относиться бережно только в той мере, в коей она образец красоты.
В зависимости от размера буквы "ч" в слове "человек", последний нужен Земле или земле.
Красота мифов и легенд объясняется тем, что метафоры в них полируются множеством людей, а не остаются в первоначальной "авторской редакции".
Попытки разглядеть будущее приводят только к самоослеплению в настоящем.
Если сказка рано или поздно не заканчивается пробуждением, она превращается в миф, отравляющий жизнь.
На каждые три случая, когда стыдишься принадлежностью к человечеству, приходится один, когда гордишься.
В хорошую музыку душа может глядеться как в зеркало.
Чем четче понимание, что неправильно живешь, тем сильнее страх смерти.
Величие смерти в том, что мы еще живы.
Не унижай и не унижайся: не хлопай и не говори комплиментов из жалости.
Настоящие, серьезные мысли о смерти успокаивают.
Если бы не наши страхи, ничего негативного в зависти бы не было. Для того, кому завидуют.
Говоря плохо о человечестве, в первую очередь критикуешь себя.
"Иметь право" может только тот, кто понимает. В противном случае мы получаем ограничение прав третьей стороны, и ничего сверх.
На каждые сто сказанных слов ты теряешь одну мысль, которую мог бы придумать. Будь экономен.
Мышление и разговор разнесены во времени и пространстве. И чем разговор громче, тем дальше.
Красотой нельзя поделиться. Хорошие и способные люди публично комплексы не демонстрируют.
В каждой ситуации нужно искать, за что же можно искренне быть благодарным.
Поучения ты даешь в первую очередь себе.
Человек не безнадежен интеллектуально до тех пор пока может усмехаться над собой.
Нередко мы оправдываемся, т.к. заранее догадывались/предчувствовали неудачный исход, но предпочли свои антиципации проигнорировать.
В нашей радости успехам ближних есть сильный эгоистичный компонент - мы через них как бы возвеличиваемся.
Развивая Сашу Черного: любовь должна быть.
Прошлое должно пройти по тонкой грани - гордиться нельзя, но и стыдиться нечего.
В жизни всегда должно быть место цветам, сумеркам и тишине.
К собственной жизни нужно относиться бережно только в той мере, в коей она образец красоты.
В зависимости от размера буквы "ч" в слове "человек", последний нужен Земле или земле.
Красота мифов и легенд объясняется тем, что метафоры в них полируются множеством людей, а не остаются в первоначальной "авторской редакции".