Этика и интервенция

[tyoma_cat]

— 16.03.11 22:36 —

«Это означает начало войны» Совбез ООН приступил к рассмотрению резолюции по Ливии, предусматривающий закрытие воздушного пространства над страной и возможность наземных операций. Единой позиции у членов Совбеза нет, Россия, имеющая право вето, высказывается уклончиво. Накануне голосования Муамар Каддафи предложил России инвестировать в нефть и строительство. http://www.gazeta.ru/politics/2011/03/16_a_3556457.shtml

В связи с обсуждением в ООН возможной интервенции в Ливию задумался, а есть ли этические обоснования для подобных действий?

Этическая сторона вопроса по большому счету никого не интересует, поскольку речь идет о политике. И если левые (та же "НЙТ") бьют на жалость, призывая ударить, то правые, например, "Washington Examiner" призывают не наносить удар, поскольку глубоко неуважают тех, кто за интервенцию.

Поскольку мне безразлично, как проголосуют в СовБезе, то рассуждения будут совершенно отвлеченными.

Итак, мы имеем некоего злого диктатора, который стреляет в желающий сбросить его народ. Этично ли другим государствам вмешиваться во внутренние дела и наносить удары по войскам тирана?

Первый вопрос, на который мы должны найти ответ - этично ли народное восстание. Почему первый? Потому что "справедливость народных требований" - один из важнейших аргументов сторонников интервенции. И вот тут я позволю себе сделать небольшое открытие, как минимум для меня самого: этика не распространяется на действия групп и масс. Этичным может быть только то, что собирается и делает (или не делает) один человек, совершающий этический выбор.

Так что же, дальше нечего обсуждать? В принципе можно и остановиться, но можно пойти дальше и посмотреть, что же еще обнаружится.

Допустим, каждый конкретный восставший сделал свой этический выбор, почему мы не допускаем, что аналогично не сделали свои выборы защитники тирана? А если они сделали, то чем их выбор хуже? Только тем, что нам ближе сторона "свободы", воли, вольницы, тираноборства?

Второй вопрос: какова этическая цель интервенции? Прекратить избиение невиновных или безоружных? А как быть с теми солдатами, которых придется убить? Где граница, до которой убийство "плохих" спасает невинных, а дальше - просто увеличивает реки крови? Можно ли убить за каждого спасенного по одному врагу? А по два? Или суммарное количество убитых должно уменьшиться? Сколько стоят жизни уже убитых "хороших" в жизнях "плохих", которых мы имеем право уничтожить?

Третий вопрос: каковы этические последствия военного вторжения? Как изменится выбор, который стоял перед "неприсоединившимися" - не будут ли они вынуждены выбирать между Родиной и суверенитетом с одной стороны и защитой свободы, жизней безоружных и прав человека с другой? Какими глазами на чужую армию должны смотреть те, кто симпатизировал восставшим?

В связи с тем, что ответы на заявленные выше вопросы разные люди дали бы диаметрально противоположные, задача оказывается нерешаемой.
Точно также не может быть этичной война в целом, хотя конкретный солдат может видеть свою миссию (убивать врагов) однозначно этичной.

Очень близко к этике подходит вопрос политической целесообразности - в плане этических последствий принятого политиками решения.
Я хочу обратить внимание на то, что Лига арабских государств очень за интервенцию, но сама наносить удары не хочет, хотя американских самолетов и в Египте, и в Саудовской Аравии хватает, расфигачить ливийские ПВО и танковые колонны можно без проблем. Однако арабы не желают "мочить" своих, упрашивая сделать это американцев и НАТО.
Никаких моральных проблем у арабов нет - вон как саудовцы спокойно вошли в Бахрейн. А в Ливию идти не хотят, но очень хотят, чтобы пошел Запад. Если дурные политики Франции, Англии и Штатов на провокацию поддадутся, то ничем хорошим это для них не закончится.

Так что, смотреть как верные диктатору войска уничтожают безоружных борцов за свободу? Мой ответ: нет, ни в коем случае, телевидение отупляет, не надо его смотреть. Вторая часть ответа: не надо покупаться на не подкрепленные фактами демагогические заявления, вроде заданного в данном абзаце. Речь идет не о безоружных и не о борцах за свободу. Не надо думать, что каждый борющийся с деспотом - проливает кровь за свободу, большинство этих "борцов" сражаются за право самим стать деспотами. И ничего сверх. Так было и так и будет. Пока человека не сменит иная сущность, если пророчеству Ницше суждено сбыться.