Мимолетности
Feb. 25th, 2011 08:56 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
tyoma_catФантазировать нужно с оглядкой: если слишком заносишься в мечтах, жизнь тут же обеспечит твоему фейсу встречу с не слишком гостеприимным тейблом.
Мы старательно избегаем любой возможности подумать, гоня себя вперед, - по сути "в никуда", - множеством дел, не оставляющих ни малейшего шанса уму создать что-то новое, придумать, понять, разобраться.
И если случайно какая-то мысль пришла в голову, то с большой вероятностью мы ее забудем, не успев записать. Причем теряем мы не мысль, но то состояние, в котором могли бы прийти к ней. Просто не можем в него вернуться.
Вопрос не в медитации, молитве или чтении философских книг, а в изменении внутреннего отношения к мыслительному процессу безотносительно сиюсекундных целей. Можно позволить себе быть умнее. Но обычно мы себе такой роскоши не дозволяем...
Известно, что с физиологически-гормональной точки зрения женщины вокруг и после 40 похожи на молодых людей в период спермотоксикоза. Осуждать кого бы то ни было за уровень гормонов бессмысленно. Отнюдь не все женщины понимают, что проблема в том, чтобы не скатиться до интеллектуального, духовного и душевного уровня подростков.
Социальные взаимодействия сложны, поскольку нужно удержаться на тонкой грани между учитыванием мнения окружающих и игнорированием их с тем, чтобы сохранить независимость суждений и точность морального компаса.
Гераклит прав: даже в собственном воображении мы не способны войти в одну и ту же воду дважды. Преодоление сей ментальной преграды - начало пути к чему-то иному, пусть не большему и не лучшему, но хотя бы новому относительно человека, и тем, если и не безоговорочно хорошему, то как минимум интересному.
Человека не оправдывает то, что некий вариант, подход, действие он выбрал самостоятельно. Если мы не говорим о политике. Славословие "волеизъявления" - одна из наиболее мерзких сторон политики.
Человек - животное политическое в той мере, в которой он животное моральное. И в той мере, в которой он животное моральное, человек - животное аполитичное.
Философу должно воспитывать в себе стоицизм не ради оправдания надежд толпы, но из-за того, что страх и волнения низводят мышление до поиска путей спасения.
Действуя, помни о других. Размышляя о чем-либо, забудь, что люди есть, были и будут.
Мудрость не имеет ничего общего с печалью. Последняя - дитя эмоциональной неуспокоенности. Возможно, если мудрость не пришла в сопровождении бесстрастности, это не подлинная мудрость, а расплывчатая тень, бледное подобие или еще хуже - симулякр.
Особый героизм, особая смелость нужны для того, чтобы добежать последним. Не обладая таковыми качествами, большинство вынужденных бежать в хвосте забивают сознание опиумом безразличия и пофигизма.
Мы ценим себя не за то, за что нас ценят другие. Не столько из-за незнания, сколько из-за различий в системах оценки.
Поддерживать тренированность памяти не так важно, как постоянно держать в тонусе свой ум, пытаясь "глубже" продумать не связанные с работой или бытом проблемы, придумать что-то новое (для себя новое, пусть даже у кого-то тоже самое получилось лучше).
Моральная нечистоплотность по отношению к собственной душе должна бы ежедневно терзать нас. Ан-нет, не терзает...
Чем выраженнее интерес к философии, тем ниже заинтересованность в реальной власти. Утопическая конструкция про общество, управляемое философами, хуже чем оксюморон.
Самая распространенная форма слабости - не захотеть.
С возрастом мы становимся хуже. Признавая, что стали умнее, спокойнее, выдержаннее, терпеливее, нельзя ни на секунду забывать, что стали хуже. Сравнительно с тем идеальным "Я", каким могли бы стать.
Самоупоение блокирует не только внутренний, но и умственный взор. Чувства замыкаются сами на себе, а мысли просто не рождаются.
В собственную жизнь нужно вслушиваться, в том числе ретроспективно, не только, чтобы понять упущенное, но и чтобы сделать выводы, которые во время "переживания" событий сделать невозможно (то есть вообще любые выводы).
Проще всего испортить то, что, кажется, испортить не можешь.
Когда общество "беременно" революцией, лучшие люди сочиняют музыку и стихи, рисуют картины, а тем временем худшие готовятся к захвату власти.
Но чаще в обществе в такое, предвосхищающее перемены время нет лучших.
Попытка заглянуть в будущее чаще ограничивается поиском зеркала в будущем.
Если жизнь обладает смыслом, каждый находится там и обладает тем, чего действительно хочет.
Озирая бардак собственной реальной жизни, можно понять, какой беспорядок в наших желаниях. Засим предпочтительнее не задумываться, есть ли у жизни в целом смысл, и каков он применительно лично к нам. Разве что благодаря "очкам идеализма" в молодости кое-кто рискует взглянуть. Чтобы тут же забыть.
Многогранность личности не более, чем способность смотреть на очень немногие вещи сквозь разные стекла (литературы, театра, музыки, танца, бизнеса, педагогики и т.д.).
"Величие личности" определяется сложностью и редкостью того, что человек настойчиво пытается понять.
Стыдиться самого себя нужно перед самим собой. Но не просто в одиночестве, а с глубоким чувством безнадежного сожаления от невозможности исправить себя.
Что бы ты ни делал, всегда представляй себе лица тех, для кого стараешься. Безадресность выхолащивает смысл любых усилий.
Гениев мало. Гением не стать. Потому важнее совпасть с местом и временем, предложив именно то, что требуется здесь и сейчас.
Идеальная пара - у которой совпадают modus vivendi и modus operandi. В большинстве не-разваливающихся отношений совпадает только первое.
Мы старательно избегаем любой возможности подумать, гоня себя вперед, - по сути "в никуда", - множеством дел, не оставляющих ни малейшего шанса уму создать что-то новое, придумать, понять, разобраться.
И если случайно какая-то мысль пришла в голову, то с большой вероятностью мы ее забудем, не успев записать. Причем теряем мы не мысль, но то состояние, в котором могли бы прийти к ней. Просто не можем в него вернуться.
Вопрос не в медитации, молитве или чтении философских книг, а в изменении внутреннего отношения к мыслительному процессу безотносительно сиюсекундных целей. Можно позволить себе быть умнее. Но обычно мы себе такой роскоши не дозволяем...
Известно, что с физиологически-гормональной точки зрения женщины вокруг и после 40 похожи на молодых людей в период спермотоксикоза. Осуждать кого бы то ни было за уровень гормонов бессмысленно. Отнюдь не все женщины понимают, что проблема в том, чтобы не скатиться до интеллектуального, духовного и душевного уровня подростков.
Социальные взаимодействия сложны, поскольку нужно удержаться на тонкой грани между учитыванием мнения окружающих и игнорированием их с тем, чтобы сохранить независимость суждений и точность морального компаса.
Гераклит прав: даже в собственном воображении мы не способны войти в одну и ту же воду дважды. Преодоление сей ментальной преграды - начало пути к чему-то иному, пусть не большему и не лучшему, но хотя бы новому относительно человека, и тем, если и не безоговорочно хорошему, то как минимум интересному.
Человека не оправдывает то, что некий вариант, подход, действие он выбрал самостоятельно. Если мы не говорим о политике. Славословие "волеизъявления" - одна из наиболее мерзких сторон политики.
Человек - животное политическое в той мере, в которой он животное моральное. И в той мере, в которой он животное моральное, человек - животное аполитичное.
Философу должно воспитывать в себе стоицизм не ради оправдания надежд толпы, но из-за того, что страх и волнения низводят мышление до поиска путей спасения.
Действуя, помни о других. Размышляя о чем-либо, забудь, что люди есть, были и будут.
Мудрость не имеет ничего общего с печалью. Последняя - дитя эмоциональной неуспокоенности. Возможно, если мудрость не пришла в сопровождении бесстрастности, это не подлинная мудрость, а расплывчатая тень, бледное подобие или еще хуже - симулякр.
Особый героизм, особая смелость нужны для того, чтобы добежать последним. Не обладая таковыми качествами, большинство вынужденных бежать в хвосте забивают сознание опиумом безразличия и пофигизма.
Мы ценим себя не за то, за что нас ценят другие. Не столько из-за незнания, сколько из-за различий в системах оценки.
Поддерживать тренированность памяти не так важно, как постоянно держать в тонусе свой ум, пытаясь "глубже" продумать не связанные с работой или бытом проблемы, придумать что-то новое (для себя новое, пусть даже у кого-то тоже самое получилось лучше).
Моральная нечистоплотность по отношению к собственной душе должна бы ежедневно терзать нас. Ан-нет, не терзает...
Чем выраженнее интерес к философии, тем ниже заинтересованность в реальной власти. Утопическая конструкция про общество, управляемое философами, хуже чем оксюморон.
Самая распространенная форма слабости - не захотеть.
С возрастом мы становимся хуже. Признавая, что стали умнее, спокойнее, выдержаннее, терпеливее, нельзя ни на секунду забывать, что стали хуже. Сравнительно с тем идеальным "Я", каким могли бы стать.
Самоупоение блокирует не только внутренний, но и умственный взор. Чувства замыкаются сами на себе, а мысли просто не рождаются.
В собственную жизнь нужно вслушиваться, в том числе ретроспективно, не только, чтобы понять упущенное, но и чтобы сделать выводы, которые во время "переживания" событий сделать невозможно (то есть вообще любые выводы).
Проще всего испортить то, что, кажется, испортить не можешь.
Когда общество "беременно" революцией, лучшие люди сочиняют музыку и стихи, рисуют картины, а тем временем худшие готовятся к захвату власти.
Но чаще в обществе в такое, предвосхищающее перемены время нет лучших.
Попытка заглянуть в будущее чаще ограничивается поиском зеркала в будущем.
Если жизнь обладает смыслом, каждый находится там и обладает тем, чего действительно хочет.
Озирая бардак собственной реальной жизни, можно понять, какой беспорядок в наших желаниях. Засим предпочтительнее не задумываться, есть ли у жизни в целом смысл, и каков он применительно лично к нам. Разве что благодаря "очкам идеализма" в молодости кое-кто рискует взглянуть. Чтобы тут же забыть.
Многогранность личности не более, чем способность смотреть на очень немногие вещи сквозь разные стекла (литературы, театра, музыки, танца, бизнеса, педагогики и т.д.).
"Величие личности" определяется сложностью и редкостью того, что человек настойчиво пытается понять.
Стыдиться самого себя нужно перед самим собой. Но не просто в одиночестве, а с глубоким чувством безнадежного сожаления от невозможности исправить себя.
Что бы ты ни делал, всегда представляй себе лица тех, для кого стараешься. Безадресность выхолащивает смысл любых усилий.
Гениев мало. Гением не стать. Потому важнее совпасть с местом и временем, предложив именно то, что требуется здесь и сейчас.
Идеальная пара - у которой совпадают modus vivendi и modus operandi. В большинстве не-разваливающихся отношений совпадает только первое.
